М.М. Достоевскому (16 ноября 1845)

16 ноября 45.

Любезный брат.

Пишу к тебе теперь наскоро и тем более, что временем теперь совсем не богат. Голядкин до сей поры еще не кончен; а нужно кончить непременно к 25-му числу. Ты мне весьма долго не отвечал, и я было начал крайне за тебя беспокоиться.1 Пиши почаще; а что ты отговариваешься неимением времени, то это просто вздор. Времени тут надо немного. Лень провинциальная губит тебя в цвете лет, любезнейший, а более ничего.
Ну, брат, никогда, я думаю, слава моя не дойдета до такой апогеи, как теперь. Всюду почтение неимоверное, любопытство насчет меня страшное. Я познакомился с бездной народу самого порядочного. Князь Одоевский просит меня осчастливить его своим посещением,2 а граф Соллогуб рвет на себе волосы от отчаяния. Панаев объявил ему, что есть талант, который их всех в грязь втопчет. Соллогуб обегал всех и, зашедши к Краевскому, вдруг спросил его: Кто этот Достоевский? Где мне достать Достоевского? Краевский, который никому в ус не дует и режет всех напропалую, отвечает ему, что «Достоевский не захочет Вам сделать чести осчастливить Вас своим посещением».3 Оно и действительно так: аристократишкаб теперь становится на ходули и думает, что уничтожит меня величием своей ласки.в Все меня принимают как чудо. Я не могу даже раскрыть рта, чтобы во всех углах не повторяли, что Достоев<ский> то-то сказал, Достоев<ский> то-то хочет делать. Белинский любит меня как нельзя более. На днях воротился из Парижа поэт Тургенев4 (ты, верно, слыхал) и с первого раза привязался ко мне такою привязанностию, такою дружбой, что Белинский объясняетг ее тем, что Тургенев влюбился в меня. Но, брат, что это за человек? Я тоже едва ль не влюбился в него. Поэт, талант, аристократ, красавец, богач, умен, образован, 25 лет,5 — я не знаю, в чемд природа отказала ему? Наконец: характер неистощимо прямой, прекрасный, выработанный в доброй школе. Прочти его повесть в «От<ечественных> записк<ах>» «Андрей Колосов»6 — это он сам, хотя и не думал тут себя выставлять.7
Деньгами же я до сих пор не богат, — но не нуждаюсь. На днях я был без гроша. Некрасов между тем затеял «Зубоскала» — прелестный юмористический альманах, к которому объявление написал я. Объявление наделало шуму; ибо это первое явление такой легкости и такого юмору в подобного рода вещах. Мне это напомнило 1-й фельетон Lucien de Rubempré.8 Объявление мое напечатано уже в «Отеч<ественных> записках» в Разных известиях.9 За него взял я 20 руб. серебр<ом>. Итак, на днях, не имея денег, зашел я к Некрасову. Сидя у него, у меня пришла идея романа в 9 письмах. Придя домой, я написал этот роман в одну ночь; величина его 1/2 печатного листа. Утром отнес к Некрасову и получил за него 125 руб. ассиг<нациями>, то есть мой лист в «Зубоскале» ценится в 250 руб. асс<игнациями>. Вечером у Тургенева читался мой роман во всем нашем круге, то есть между 20 челов<ек> по крайней мере, и произвел фурор. Напечатан он будет в 1-м номере «Зубоскала».10 Я тебе пришлю книгу к 1-му декабря, и вот ты сам увидишь, хуже ли это, нап<ример>, «Тяжбы» Гоголя?11 Белинский сказал, что он теперь уверен во мне совершенно, ибо я могу браться за совершенно различные элементы.е На днях Краевский, услышав, что я без денег, упросил меня покорнейше взять у него 500 руб. взаймы. Я думаю, что я ему продам лист за 200 руб. асс<игнациями>.
У меня бездна идей; и нельзя мне рассказать что-нибудь из них хоть Тургеневу, н<а>п<ример>, чтобы назавтра почти во всех углах Петербурга не знали, что Достоев<ский> пишет то-то и то-то. Ну, брат, если бы я стал исчислять тебе все успехи мои, то бумаги не нашлось бы столько. Я думаю, что у меня будут деньги. Голядкин выходит превосходно; это будет мой chef-d'œuvre. Вчера я в первый раз был у Панаева и, кажет<ся>, влюбился в жену его.ж Она умна и хорошенькая, вдобавок любезна и пряма донельзя.12 Время я провожу весело. Наш кружок пребольшой. Но я всё пишу о себе; извини, любезнейший; я откровенно тебе скажу, что я теперь упоен собствен<ной> славой своей. С будущим письмом пришлю «Зубоскала».13 Белинский говорит, что я профанирую себя, помещая свои статьи в «Зубоскале».
Прощай, мой голубчик. Желаю счастья тебе. Поздравляю с чином. Целую ручки Эмилии Федоровне и детей твоих. Что они?

Твой Достоевский.

Белинский охраняет меня от антрепренеров. Я перечел мое письмо и нашел, что я, во-1-х, безграмотен, а, во-2-х, самохвал.
Прощай. Ради Бога, пиши.
Наш Шиллер пойдет на лад непременно. Белинский хвалит предприятие полного издания. Я думаю, со временем его можно выгодно продать, хоть Некрасову н<а>прим<ер>.14 Прощай.
Минушки, Кларушки, Марианны и т.п. похорошели донельзя, но стоят страшных денег. На днях Тургенев и Белинский разбранили меня в прах за беспорядочную жизнь. Эти господа уж и не сознают, как любить меня,з влюблены в меня все до одного. Мои долги на прежней точке.

__________
а Было: не доходила
б Было: мерзавец
в Вместо: величием своей ласки — было: своим величием.
г Было: объяснил
д Было: что
е Далее было: и умею просто
ж Далее было: Она славится в Петерб<урге>.
з Далее было начато: Это

Печатается по подлиннику: РГБ. Ф.93.I.6.12.
Впервые опубликовано: Биография, письма и заметки из записной книжки Ф.М. Достоевского. СПб., 1883. Отд. II. С. 41—43.

1 Письмо Михаила Михайловича, на которое отвечает Федор Михайлович, неизвестно.
2 О желании В.Ф. Одоевского видеть у себя Достоевского свидетельствует записка Н.А. Некрасова к нему от 27 ноября 1845 г.: «Я виделся с г-ном Достоевским. Он теперь так занят и просил меня извинить его перед Вами, что не может быть у Вас ранее, как после первого декабря» (Некрасов Н.А. Полн. собр. соч. и писем: В 15 т. Л.; СПб., 1981—2000. Т. 14, кн. 1. С. 55). См. также: Немзер А.С., Осповат А.Л. Две заметки о В.Г. Белинском. 1. Комментарий к записке Ф.М. Достоевскому // Изв. АН СССР. Сер. лит. и яз. 1982. Т. 41. № 1. С. 65—68.
3 Вскоре (видимо, в конце 1845 г.) В.А. Соллогуб, узнавший от А.А. Краевского адрес Достоевского, посетил его «и выразил <...> в восторженных словах то глубокое и вместе с тем удивленное впечатление, которое <...> произвела его повесть, так мало походившая на всё, что в то время писалось...» (Соллогуб В.А. Воспоминания. М.; Л., 1931. С. 413—414).
4 И.С. Тургенев после полугодичного пребывания за границей вернулся в Петербург около 10 ноября 1845 г. (см.: «Летопись жизни и творчества И.С. Тургенева»: В 4 т. СПб., 1995—2003. Т. 1. С. 106).
5 И.С. Тургеневу тогда было 27 лет.
В рукописи ошибочно Колоссов. «Андрей Колосов» Тургенева был напечатан в № 11 «Отечественных записок» за 1844 г. 
7 См.: Тургенев Н.А. Полн. собр. соч. и писем: В 30 т. Сочинения: в 12 т. М., 1978—1986. Т. 4. С. 555.
8 Люсьена де Рюбампре (франц.). Люсьен де Рюбампре — герой романов Бальзака «Утраченные иллюзии» (1837—1843) и «Блеск и нищета куртизанок» (1844—1847). Став журналистом («Утраченные иллюзии»), он написал фельетон «в новой, необычной манере, вызвавшей целый переворот в журналистике» (Бальзак О. Собр. соч.: В 15 т. М., 1951—1953. Т. 6. С. 291).
9 См. письмо М.М. Достоевскому от 8 октября 1845 г., примеч. 4.
10 «Роман в девяти письмах» был напечатан в № 1 «Современника» за 1847 г.
11 Драматическая сцена Гоголя «Тяжба» была опубликована в 1842 г.; поставлена в Александринском театре в 1844 г.
12 А.Я. Панаева вспоминала первый (15 ноября 1845 г.) и последующие визиты Ф.М. Достоевского: «Достоевский пришел к нам в первый раз вечером с Некрасовым и Григоровичем <...> С первого взгляда на Достоевского видно было, что это страшно нервный и впечатлительный молодой человек. Он был худенький, маленький, белокурый, с болезненным цветом лица; небольшие серые глаза его как-то тревожно переходили с предмета на предмет, а бледные губы нервно передергивались. Почти все присутствовавшие тогда у нас уже были ему знакомы, но он, видимо, был сконфужен и не вмешивался в общий разговор. Все старались занять его, чтобы уничтожить его застенчивость и показать ему, что он член кружка. С этого вечера Достоевский часто приходил вечером к нам. Застенчивость его прошла, он даже выказывал какую-то задорность, со всеми заводил споры, очевидно, из одного упрямства противоречил другим. По молодости и нервности, он не умел владеть собой и слишком явно высказывал свое авторское самолюбие и самомнение о своем писательском таланте» (Панаева А.Я. Воспоминания. М., 1986. С. 148). Ф.М. Достоевский в письме к брату признавался: «Я был влюблен не на шутку в Панаеву, теперь проходит...». Как свидетельствует А.Г. Достоевская, «увлечение Панаевой было мимолетно, но всё же это было единственным увлечением Достоевского в его молодые годы. В доме у них, где к Федору Михайловичу начали относиться насмешливо, неглупая и, по-видимому, чуткая Панаева пожалела Достоевского и встретила за это с его стороны сердечную благодарность и нежность искреннего увлечения» (Гроссман Л.П. Путь Достоевского. Л., 1924. С. 121).
13 См. письмо М.М. Достоевскому от 8 октября 1845 г., примеч. 11.
14 См. письмо М.М. Достоевскому от 30 сентября 1844 г., примеч. 3.